Боевики движения «Талибан» (запрещено в России), захватывая северные провинции Афганистана, вплотную подошли к границам среднеазиатских республик. Спасаясь от наступающего противника, сотни афганских военных бегут в Таджикистан, Узбекистан и Туркмению. Местные власти были вынуждены мобилизовать войска и стянуть их к границам. Таджикистан обратился за помощью в ОДКБ, а Туркмения уже начала переговоры с талибами. Что происходит в среднеазиатских республиках, чем обернется для них наступление боевиков и какие угрозы оно несет России, — выясняла «Лента.ру». Обстановка на границах На севере Афганистан граничит с Таджикистаном, Узбекистаном и Туркменией. В конце июня власти этих среднеазиатских республик сообщили, что талибы захватывают афганские пограничные заставы, а местные военные и ополченцы с оружием в руках переходят границу, спасаясь бегством. По сообщениям Государственного комитета национальной безопасности Таджикистана, на территорию страны перешли уже более 1,5 тысячи афганцев. Из них 1037 — в ночь на 5 июля, когда боевики взяли под полный контроль шесть уездов в провинции Бадахшан, имеющих общую границу с Таджикистаном протяженностью 910 километров. А 8 июля стало известно, что талибы установили свой флаг на опоре моста через реку Пяндж, соединяющего две страны, прямо напротив таджикского контрольно-пропускного пункта. 70 процентов границы между Афганистаном и Таджикистаном контролирует «Талибан», по заявлению представителя движения Афганских военных уже вернули на родину вертолетами. В Таджикистане подчеркивают, что пограничники пропускают людей на свою территорию, «руководствуясь принципами гуманизма и добрососедства». В Узбекистане же сообщили, что границу страны с конца июня пытались пересечь 150 афганских военных и вооруженных лиц, но все они были выдворены обратно. Заместитель руководителя администрации президента Шерзод Асадов заявил, что нельзя ставить под сомнение неприкосновенность границ Узбекистана, и никто не допустит их незаконного пересечения. Власти Туркмении официально не сообщали о переходе афганских военных на свою территорию. Однако СМИ писали, что такие случаи были, и всех людей отправили обратно, а к границе уже перебросили военную технику. Так, по данным Turkmen.news, утром 9 июля в самый южный населенный пункт всего постсоветского пространства, город Серхетабад (бывшая Кушка), прибыл состав с танками, пушками и бронетранспортерами. В пограничных частях объявляли боевую тревогу. С территории Афганистана были слышны взрывы и стрельба. Семьи офицеров начали эвакуировать подальше от границы. По информации журналистов, представители Министерства национальной безопасности Туркмении вели переговоры с талибами, захватившими афганский приграничный город Торгунди. Кроме того, власти начали проводить патриотические беседы с населением, блокировать VPN-сервисы и убеждать людей не читать сообщения иностранных СМИ. В Министерстве иностранных дел Туркмении сообщения о переброске сил к границе назвали «лживой информацией». Там заверили, что все военные подразделения «остаются в местах постоянной дислокации и продолжают выполнение плановой учебной подготовки». «Туркмено-афганская граница является границей дружбы и сотрудничества», — добавили в Ашхабаде. Власти не сообщали и о переговорах с талибами, однако представитель террористической организации подтвердил, что ее делегация приезжала в Ашхабад. По данным СМИ, встречал талибов заместитель министра иностранных дел Вепа Хаджиев, при этом власти просили боевиков держать визит в тайне. «Туркменская сторона не захотела злить официальные власти в Кабуле. На переговорах речь в первую очередь шла о ненападении и блокировании возможного потока беженцев», — рассказал информированный источник «Радио Азатлык». Другие соседи Афганистана не скрывают подготовку к возможным угрозам. Министерство обороны Узбекистана в связи с обострением ситуации на границе привело в боевую готовность свою армию, которая считается самой боеспособной в регионе. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон поручил мобилизовать 20 тысяч военнослужащих резерва и направить их в наиболее опасные районы. Он также встретился с главой нижней палаты афганского парламента и пообещал помочь Кабулу в борьбе с терроризмом и наркоторговлей. Власти Таджикистана утверждают, что граница находится под их полным контролем. Однако обострение ситуации вынудило Душанбе обратиться к соседям. За помощью Таджикистан состоит в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) — вместе с Россией, Казахстаном, Киргизией, Арменией и Белоруссией. 7 июля Душанбе запросил помощи у военно-политического блока. Постпред при ОДКБ Хасан Султонов заявил, что граница с Афганистаном представляет собой труднодоступную горную местность, и Таджикистану сложно контролировать ее в одиночку. Он призвал всех членов организации усилить свой потенциал по защите «южных рубежей» и «адекватно отреагировать» на возникшую угрозу. В ОДКБ не увидели необходимости отправлять войска на границу. При этом в организации не исключили оказания материально-технической поддержки Таджикистану. Возможно, в стране придется развернуть центры гуманитарной помощи и пункты временного пребывания беженцев, отметил начальник Объединенного штаба ОДКБ, генерал-полковник Анатолий Сидоров, подчеркнув, что пока этого не требуется. «А во всем остальном они себя очень и очень уверенно чувствуют. Свою границу держат на достаточно хорошем замке», — заявил Сидоров, который 9 июля посетил границу вместе с оперативной группой. Несмотря на все заверения, беженцы уже начали прибывать в Таджикистан. 13 июля в республику бежали 77 жителей провинции Бадахшан, в том числе 31 ребенок. Все они киргизы. Как подчеркнул ранее в беседе с «Лентой.ру» директор Центра исследований проблем Центральной Азии и Афганистана, эксперт клуба «Валдай» Андрей Казанцев, возможный наплыв беженцев напрямую касается и России, куда они могут попасть через Среднюю Азию. Глава бюро Международной организации по миграции в Москве Абдусаттор Эсоев полагает, что основная нагрузка по приему беженцев, скорее всего, все-таки ляжет на Таджикистан и Узбекистан, поскольку до России еще нужно добраться. Узбекистан прежде также состоял в ОДКБ, но вышел из организации в 2012 году. После обострения ситуации в Афганистане власти Ташкента заявили, что пока не получали предложений вернуться. Девять лет назад выход из ОДКБ в Узбекистане объясняли именно политикой на афганском направлении — в Ташкенте уверяли, что решили отдать приоритет двустороннему сотрудничеству. Однако наблюдатели отмечали, что власти республики хотели выстроить более тесные отношения с США и, возможно, разместить у себя американские базы. В 2001-2005 годах США использовали аэродром Карши-Ханабад для поддержки своей операции в Афганистане. База была закрыта после того, как отношения Ташкента и Вашингтона охладились из-за подавления протестов в Андижане. В мае этого года СМИ сообщили, что в связи с уходом из Афганистана США снова хотят разместить в Узбекистане (а также в Таджикистане) войска — для поддержки официального Кабула и сдерживания талибов. Но пока Ташкент отнекивается, ссылаясь на закон, запрещающий размещать иностранные базы в стране. При этом, несмотря на выход из ОДКБ, Узбекистан продолжает развивать военное сотрудничество с Россией. Ежегодно стороны проводят совместные мероприятия по подготовке войск. В апреле была подписана Программа стратегического партнерства в военной области на 2021-2025 годы, что, по мнению некоторых наблюдателей, свидетельствует о том, что Москва перехватила инициативу у Вашингтона, рассматривавшего Узбекистан в качестве «запасного аэродрома». Россия уже выделила средства на строительство современной погранзаставы на таджикско-афганской границе. Кроме того, на территории Таджикистана расквартирована российская 201-я военная база. Она дислоцирована в городах Душанбе и Бохтар, и 14 июля там начались учения. 1000 российских военнослужащих участвуют в командно-штабном учении 201-й военной базы в Таджикистане Ранее министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что страна выполнит свои обязательства в рамках ОДКБ и сделает все для пресечения агрессии. «Мы будем делать все, в том числе используя возможности российской военной базы на границе Таджикистана с Афганистаном, чтобы не допустить каких-либо агрессивных поползновений в отношении наших союзников», — сказал он. На вопрос, возможен ли ввод российских войск в Афганистан, Лавров заявил, что ответ очевиден. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков утверждал, что Москва не ведет переговоров с официальным Кабулом по этому поводу. Сами талибы заявили, что не собираются нападать на Среднюю Азию. Об этом МИД России отчитался после переговоров с представителями радикального движения в Москве. Кроме того, как утверждают дипломаты, боевики выразили «твердую решимость» бороться с ИГ («Исламское государство», запрещено в России) и наркотрафиком. «Спящие» ячейки Считается, что в «Талибане» в основном состоят пуштуны — самый многочисленный народ, проживающий в Афганистане. Но известно, что в рядах боевиков воюют и таджики, и узбеки. Эксперты из Центральной Азии отмечали, что талибы стремятся не только усилить свои позиции до окончательного вывода американских войск, но также не допустить участия непуштунских лидеров к разделу власти — именно поэтому они наступают на севере. «Талибы хотят предотвратить участие местных лидеров этнических таджиков, узбеков и других народностей, проживающих на севере, в будущем правительстве страны», — полагает таджикский журналист Фахриддин Холбек. При этом к борьбе против талибов подключаются афганские полевые командиры, участвовавшие еще войне с участием СССР. В их числе бывший командующий Вооруженными силами Афганистана узбекского происхождения Абдул-Рашид Дустум и Ахмад Масуд — сын Ахмада Шаха Масуда, известного как Панджшерский Лев. Наступление талибов на севере Афганистана не несет прямой военной угрозы для Средней Азии, отмечают наблюдатели. Но оно опасно с точки зрения идеологии, так как может вдохновить «спящие» ячейки ИГ и «Аль-Каиды» (запрещены в России) в постсоветских республиках. «Многие государства думают, что талибы — это чисто афганское движение, и воюют они только для того, чтобы завоевать власть в Афганистане. Но это далеко не так. Это террористическая организация, которая имеет далеко идущие цели, выходящие за рамки Афганистана. Если талибы придут к власти в Афганистане, пусть остальные страны не думают, что у них все будет спокойно», — заявил афганский эксперт Ахмад Фахим Кухдомани. Наступление «Талибана» негативно влияет на безопасность России и Центральной Азии, говорил в беседе с «Лентой.ру» старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин. По его словам, боевики берут под свой контроль все коммуникации с центральноазиатскими государствами. Кроме того, США попросили Казахстан, Таджикистан и Узбекистан временно разместить афганцев, помогавших американским военным. 9000 беженцев из Афганистана столько США попросили принять у себя Таджикистан, Казахстан и Узбекистан «Кто они, как они будут размещены, есть ли гарантия того, что американцы их заберут, не будут ли они вести какую-то подрывную деятельность — никто не знает», — отметил Притчин. Специалист подчеркнул, что подобные риски создают необходимость координации между Россией и странами Средней Азии как в рамках ОДКБ, так и в двустороннем формате — с Узбекистаном и Туркменией. Стороны должны выработать единый подход к обстановке в Афганистане и попыткам США использовать регион в качестве прикрытия для отвода своих войск. В рядах «Талибана» воюют боевики из «Аль-Каиды», «Джебхат ан-Нусры» и «Исламского движения Узбекистана» (все они запрещены в России), которые ставят своей целью экспансию в среднеазиатские республики, сказал «Ленте.ру» эксперт Центра изучения современного Афганистана и Российского совета по международным делам Никита Мендкович. Кроме того, у боевиков 40-60 процентов доходов завязаны на контрабанде наркотиков-опиатов из Афганистана, отмечает эксперт. Бюджет официального Кабула во многом держится на иностранной помощи, у талибов этого источника не будет. Следовательно, наркотрафик будет увеличиваться и «сращиваться» с терроризмом. Ячейки экстремистов могут превратиться в перевалочные базы для наркоторговцев, а контрабандные каналы использоваться для доставки не только наркотиков, но также оружия, экстремистской литературы и заброски эмиссаров в соседние страны, рассуждает эксперт. «Существует риск развития ситуации по латиноамериканскому образцу, где в общем-то из провинциальных преступных группировок, занятых наркотиками, выросли современные наркокартели, которые представляют самостоятельную силу и угрожают даже правительствам крупных государств, таким как Мексика. Нужно сделать все, чтобы в Средней Азии этот сценарий не реализовался, но, к сожалению, предпосылки для него объективно существуют», — считает Мендкович. С тем, что наступление талибов в Афганистане представляет угрозу для среднеазиатских республик, не согласен политолог Алексей Малашенко. России также не стоит ждать прихода опасности через этот регион, считает он. Все потому, что у «Талибана» нет военных целей в странах Средней Азии. Что касается идеологии, то местных сторонников радикальных идей «вдохновляет» не наступление боевиков в Афганистане, а политика их собственных властей, рассуждает эксперт. Между тем в России полагают, что гражданский конфликт в Афганистане продлится еще около двух месяцев, и талибы смогут занять несколько провинций. Они уже контролируют более трети уездов страны, но не взяли ни один из 34 центров афганских регионов. На прошлой неделе талибы на сутки взяли Калайи-Нау (центр провинции Бадгис), но быстро были выбиты оттуда регулярными войсками. Следующее наступление на город закончилось неудачей. На Кандагар же был организован набег, который привел лишь к захвату штаб-квартиры полиции. Так или иначе, после завершения боев наступит «новый военно-политический баланс», считает спецпредставитель президента России по Афганистану Замир Кабулов. Всего в Афганистане действуют более 20 террористических групп, и если они объединятся, это станет действительно настоящей угрозой. Именно поэтому Россия вместе с ОДКБ и Узбекистаном должна «провести инвентаризацию своих возможностей» и «состыковать усилия». В МИД России считают, что это будет самым впечатляющим сигналом любым силам, которые попытаются покуситься на совместную безопасность ОДКБ.